Оккупация

Одной из самых трагических страниц Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. явилась оккупация.

Период оккупации, особенно в той части, которая касается деятельности подпольных организаций и партизанских отрядов достаточно хорошо освещена в краеведческой литературе, посвященной истории г.Новозыбкова и Новозыбковского района в 1941-1943 гг. Одной из первых работ, в которой данная тема получила освещения была книга Ю.Колосова, И.Кеслера, А.Горбкова «Новозыбков», вышедшая в Приокском книжном издательстве в 1970 году. На страницах газеты «Маяк» неоднократно публиковались статьи А.Г.Эпштейна и А.Г.Кублицкого, посвященные данной тематике, были также опубликованы воспоминания Г.И.Гордеенко, комиссара партизанских отрядов имени Щорса и Спартака. Из современных работ следует отметить книгу Ю. Анисина, А.Кублицкого «Мария», вышедшая в издательстве Брянского государственного университета в 1995 г. и посвящённая деятельности в оккупированном Новозыбкове подпольной группы под руководством М.Третьяковой, а также книга «Новозыбков», изданная в издательстве Брянского университета в 2001 году.

А вот тема повседневной жизни населения на оккупированной территории практически не нашла своего освещения, если не считать глав в книге «Новозыбков» (2001) и Л.М.Выкочко «Как это было» (2006). Стоит упомянуть и одну из первых публикаций документальных источников на эту тему, осуществленную, к сожалению, выборочно, А.Э.Эпштейном в газете «Маяк» в 1975 г.- Дневник Ф.Даленкина. Полная публикация этого источника была осуществлена только в 2005 г.

В 2006 г. в распоряжение Новозыбковского краеведческого музея Р.Н.Эпштейн был передан личный архив А.Г.Эпштейна. При разборке архива были обнаружены машинописные записи бесед А.Г.Эпштейна с жителями г.Новозыбкова и Новозыбковского района, проживавшими на оккупированной территории. Большая ценность этих записей в том, что они охватывают практически все слои населения оккупированного города - рядовых рабочих железнодорожных мастерских, главного хозяйства техникума, маслозавода, работников городской управы, артистов ансамбля песни и пляски, учителей школы, партизан, родственников подпольщиков. Записи содержат огромное число чисто бытовых подробностей, позволяющих восстановить во всей полноте повседневную жизнь в оккупированном городе.

Наряду с Архивом А.Г.Эпштейна были использованы и документальные материалы, хранящиеся в основном и вспомогательном фондах Новозыбковского краеведческого музея- воспоминания Д.Т.Сулоева, уже упоминавшийся Дневник Ф.Даленкина и ряд других.

14 августа 1941 года в г. Новозыбкове была объявлена эвакуация. 15 августа 1941 года фашистская авиация произвела налёт на город. Бомбовый удар был нанесен по железнодорожной станции и нефтебазе. Во время бомбардировки станции был уничтожен эшелон, предназначенный к отправке в Харьков через Гомель. Перед уходом частей Красной Армии, 15 августа 1941 года, в Новозыбкове были отворены двери Чудо-Михайловской и Троицкой церквей. 16 августа 1941 года части Красной Армии покинули Новозыбков. 18 августа 1941 года из Новозыбкова ушел партизанский отряд.

В течение 6 дней, с 19 по 24 августа 1941 года, в Новозыбкове не было ни советской, ни немецкой власти. Население Новозыбкова, воспользовавшись безвластием, запасалось товарами, оставшимися в магазинах, торговых рядах.

Новозыбков перед вступлением немцев выглядел страшно разрушенным. Валялись на улицах разбитые стекла, обугленные доски. Горела мельница с зерном, спичечная фабрика, вокзал с нефтебазой, пострадавшие в ходе бомбардировки.

24 августа 1941 года, в 5 часов вечера, на углу улиц Цветная и Комсомольская появился немецкий мотоциклист. Он дал несколько очередей и только после этого двинулся дальше.
Утром 25 августа 1941 года к зданию исполкома немцы согнали несколько сотен человек, окружили их, чтобы люди не разошлись, и объявили, что сейчас будет выбрана новая немецкая власть. В это время подъехала немецкая машина и на ней привезли Ивана Моисеевича Немцева, которого взяли в тот момент, когда он находился на пепелище своего дома. В городе был установлен комендантский час, после чего категорически запрещалось ходить по улицам.

Вся полнота власти в Новозыбкове и районе в годы временной фашистской оккупации была сосредоточена в ортскомендатуре (местной комендатуре), несшей полную ответственность за соблюдение порядка на территории г. Новозыбкова и через своих представителей осуществлявшей руководство всей жизнью города. Ортскомендатуре подчинялись: городская управа; все предприятия и учреждения, в том числе на ст.Новозыбков, мастерские железной дороги, лагерь военнопленных; фельджандармерия, осуществлявшая контроль за положением дел в воинских частях, находящихся в большинстве случаев временно, а также в госпиталях, которых было два, один офицерский, второй для солдат; сельхозхкомендатура, организовывавшая сбор зерна, мяса, сала, скота для немцев, насильно изымая это у населения. При самой ортскомендатуре находилась комендантская рота, целиком состоящая из немцев. Ортскомендатура и фельджандармерия располагалась на Коммунистической улице в здании бывшей поликлиники, сельскохозяйственная комендатура, которой руководил доктор Радке- на территории территории главного хозяйства сельхозтехникума, а после налета партизан- в городе.

Начальником станции был высокий, худощавый немец лет сорока восьми по фамилии Пайскер. Дежурным по станции Новозыбков были немцы Фишер и Коллер. Переводчицей была Ангелина Августовна Бренес, которая при советской власти преподавала французский язык в железнодорожной школе .Начальник мастерских был немец Беккер, а его помощником русский Евгений Максимович Демкин. Переводчицей у Беккера была Екатерина Александровна Кубрикова, из немцев Поволжья, до войны работавшая разнорабочей в сигнальных мастерских.

Совершенно самостоятельно в Новозыбкове действовали Абвер-315, зондерштаб-Р и зондерштабаграрнунг.

Руководитель Абвера 315 гауптман Гартман находился в г. Гомеле. Его официальным представителем в Новозыбкове был Соколов и его тайные агенты..На территории Новозыбкова действовал зондерштаб-Р-ведующий контрразведкой. Её тайным агентом был Денис Андреевич Верхоломов, в подчинении которого находилось ещё 12 осведомителей. Зондерштабаграрнунг насаждала своих осведомителей под видом агрономов, землеустроителей и других сельхозспециалистов, которые вели разведывательную работу только на селе.

В оккупированном Новозыбкове на пятые сутки оккупации была создана горуправа (бургермайстерат города и района), непосредственно подчинённая ортскомендатуре. В состав городской управы г.Новозыбкова входили: Немцев Иван Моисеевич, бургомистр, или городской голова, бывший работник спичечной фабрики; Воскресенский Сергей Александрович, заместитель бургомистра, бывший ветеринарный врач Новозыбковского района; Корсаков Антон Петрович, начальник полиции, по одним сведениям-бывший инкассатор, по другим-бывший заведующий Новзыбковским отделением Сельхозбанка; Моргунов Владимир Федотович, заведующий земской управой, бывший агроном Новозыбковской Машино-Тракторной Станции; Чернышов Александр Алексеевич, заведующий земской управой после расстрела Моргунова, бывший землеустроитель; Варно Михаил Георгиевич, заведующий отделом народного образования, учитель химии, бывший заведующий заочным сектором Новозыбковского государственного педагогического института; Корнеев Андрей Филиппович, заведующий отделом здравоохранения, врач, бывший заведующий поликлиники Новозыбковской спичечной фабрики «Волна революции»; Милковский Николай Станиславович, судья по гражданским делам, бывший преподаватель математики Новозыбковской средней школы имени М.И.Калинина; Александр Иванович Митрофанов, заведующий отделом благоустройства, столяр; Фурсов (Фукс), начальник паспортного стола; Виктор Федорович Волков, врач, начальник промышленного отдела.Заместителем начальника полиции А.П.Корсакова был Чернов, бывший заместитель главного бухгалтера Новозыбковской Машино-Тракторной Станции.

Одним из первых в г.Новозыбкове в декабре 1941 г. был арестован бывший бухгалтер дистанции пути Павел Донцов, работавший в оккупации на ремонте пути. Он был доставлен в г.Гомель, где был расстрелян.
В пятницу 16 января 1942 г. евреев г.Новозыбкова стали свозить в клуб спичечной фабрики «Волна революции», где они провели и всю субботу. В ночь 17 на 18 января 1942 г. евреи- - взрослые в строю, дети на санях,- проследовали на Карховку. Здесь они были расстреляны. Часть евреев, числом около 40 человек, в основном женщины и дети, попыталась скрыться в дерене, но была выловлена местными жителями, передавшими их в полицию. Из полиции евреи были доставлены в Карховский лес и там были расстреляны.В городе было оставлено только 17 семей с самыми квалифицированными рабочими, без которых не могли обойтись предприятия города. Среди этих специалистов были зубной врач и техник Альтшуллер, портной Непомнящий.Однако уже через полтора месяца все оставшиеся в живых еврейские семьи были ночью арестованы, доставлены в тюрьму, а на следующий день-расстреляны.

7 августа 1943 г. был арестован рабочий автоматного цеха спичечной фабрики Василий Концевой, обвинённый в содействии партизанам. После недельного допроса Василий Концевой был повешен 13 августа 1942 г. в 4 часа утра на Базарной площади.

Рабочие маслозавода, располагавшегося в старом помещении швейной фабрики, часто слышали выстрелы, доносившиеся с территории бывшей поликлиники, где располагалась фельджандармерия. Офицеры фельджандармерии, выпустив детей арестованных на двор, сидя на крыльце, стреляли по детям, как по мишени. Это забава, видимо, им очень нравилась, потому, что каждый раз, когда на землю, как подкошенный, падал расстрелянный ребенок, раздавался жуткий хохот немецких офицеров.

За время оккупации в Новозыбкове было расстреляно 4890 человек, в том числе: в Карховском лесу-2860 человек (еврейское население), на территории поликлиники, где размещалась фельджандармерия- 1000 человек, в Деменском лесу, у опытной станции- 1030 человек.

Одна из самых обширных волн арестов имела место в августе-сентябре 1942 г. и была связана с арестом якобы за связь с партизанами заведующего земской управой Моргунова. 3 августа 1942 г. были арестованы 75 семей, в том числе 10 семей заведующих отделами Новозыбковской городской управы. В сентябре 1942 г. были арестованы четверо артистов ансамбля песни и пляски, обвиненные в связях с НКВД и партизанами. Они были отправлены в Гомель, где находились в одной камере с женой бывшего заведующего земской управой Моргунова. Арест и расстрел бывшего начальника земской управы Моргунова был осуществлен гестапо при помощи партизан, пославшим ему записку, в которой благодарили за сотрудничество. Точно также был арестован и расстрелян начальник полиции Корсаков.

Отправка молодёжи в Германию началась с 10 ноября 1942 г. В августе 1943 года в городе была объявлена мобилизация молодёжи 1925-1927 гг. рождения. Всего из г.Новозыбкова было вывезено более 2000 человек.

Многие представители интеллигенции г.Новозыбкова предпочитали заниматься домашним хозяйством, в частности садоводством и огородничеством. Иногда они ходили в гости. В частности, бывший учитель химии, а в годы оккупации-начальник городского ассенизационного обоза А.Е.Михайлец часто посещал профессора П.А.Расторгуева, занятого в это время составлением словаря говоров, помогал ему чинить забор. Иногда в доме у А.Е.Михайлеца собирались бывшие преподаватели Новозыбковского государственного педагогического института Порфирий Федорович Тутевич (преподавал латынь) и Владимир Семенович Писарев(преподавал математику) для совместной игры в преферанс. Дружили между собой врачи Виктор Федорович Волков (начальник промышленного отдела городской управы) и Андрей Филиппович Корнеев (заведующий отделом здравоохранения городской управы). В основе их дружбы была сильная любовь выпить.

В доме по улице Коммунистической (при немцах Долгоруковской) собирались немецкие офицеры. Они проводили время в обществе Нины Воскресенской-дочери заместителя бургомистра Воскресенского, Ванды Скиргелло - воспитанницы учительницы Скиргелло. Начальник земской управы Моргунов устраивал пышные вечера, на которых присутствовали не только некоторые члены управы, но и немецкие офицеры. Рядовые работники управы на вечера не приглашались. Местом времяпрепровождения немецких офицеров был бар, располагавшийся на втором этаже двухэтажного здания, находящегося напротив нынешнего дома культуры.
Ансамбль песни и пляски возник немного спустя после оккупации немцами г.Новозыбкова. Инициаторами его создания стали Ангелина Ивановна Бондаренко, бывшая художественный руководитель дома пионеров, и Олимпий Иванович Светлов, или Липочка, как его звали, бывший художественный руководитель самодеятельности клуба спичечной фабрики «Волна революции» и бывший музыкальный руководитель дома пионеров. В числе участников ансамбля были Вера Яковлева, Аза Вороная, Евгений Волокушин, Вячеслав Маслюков, Константин Беспалов, Леля Стратанович, Тамара Моисеенко и другие-всего около 70 человек (парни и девушки) в возрасте от 15 до 17 лет. Среди артистов более старшего возраста следует отметить жену О.И.Светлова – Марию Мамышеву и её сестру Валентину. Руководителями танцев были Ангелина Бондаренко и Иван Севастьянов. Ансамбль располагался в помещении клуба спичечной фабрики, так как дом пионеров к этому времени был сожжен. Артисты получали 150 граммов хлеба и небольшую зарплату. Программа ансамбля соответствовала той, которая была в доме пионеров: русские и украинские песни и пляски, лезгинка, матросский танец, казачок, вальс «На сопках Маньчжурии», русские романсы, некоторые современные песни. На сцене клуба руководителем ансамбля О.И.Светловым были поставлены оперы, преимущественно украинские: «Наталка-полтавка», «Запорожец за Дунаем», «Сватанье на вечерницы» и оперетты «Месть цыганки» и «Жрица огня. Солистской выступала Мария Мамышева, обладавшая исключительным голосом . Ансамбль имел и собственный оркестр.

Ансамбль выезжал на гастроли в города, оккупированные немцами. Последняя поездка была в г. Барановичи, откуда он уже не вернулся в связи с наступлением Красной Армии. Аза Вороная и Ангелина Бондаренко уехали в США. О.И.Светлов, М.Мамышева и В.Мамышева остались в Австрии, где работали в оперном театре.

Занятия в школе, располагавшейся в здании бывшей пожарной каланчи, начались на второй год оккупации Новозыбкова, то есть, осенью, в сентябре 1942 г. Ходило в школу мало ребят, потому что не было в чем обуться и одеться. Преподавание велось по тем же учебникам, что и при советской школе. Учителя во время перемен больше молчали. Исключением являлся учитель Николай Васильевич Потейкин. Он откуда-то узнавал о положении на фронтах и без особой опаски на переменах об этом рассказывал учителям. Русский язык и литературу преподавала Клавдия Алексеевна Чернышева. Математику в школе преподавала Татьяна Николаевна Гавриленко.

Городской управой были открыты Учебные мастерские с игрушечным и столярным цехами. По окончании 2,5 месячного курса обучения учащимся присваивалась квалификация «столяр 2 разряда» и они направлялись на работу в строительную контору Новозыбковской Городской Управы.

В оккупированном Новозыбкове работали церкви.

Во время оккупации площадь Октябрьской революции, переименованная в Базарную, опустела. Люди проходили её с опаской. Сюда сгоняли народ, когда вешали патриотов.

Торговые ряды были наполовину разрушенными. И только та их часть, которая располагалась ближе к гостинице и к озеру Зыбкое, была занята частными магазинами Щербакова по продаже гуталина, комиссионный магазин Афанасьева, магазин хозяйственных товаров Быкова. Магазины были открыты поздней осенью 1941 года. Они торговали канцелярскими товарами, веревками, косами, деревянными ложками. На рынке шла торговля и обмен товарами. На рынке часто бывали облавы. И тогда каждый старался, как можно быстрее уйти. Если при проверке не оказывалось документа, то сразу же отводили в фельдкомендатуру.
В городе управа открыла ряд кустарных предприятий-крахмальный и консервный заводы, столярная и слесарная мастерские, спичечная фабрика, маслозавод. На территории учебного хозяйства Новозыбковского сельскохозяйственного техникума в сентябре 1941 года Новозыбковской городской управой было организовано хозяйство. Уполномоченным по хозяйству был назначен бухгалтер Новозыбковского сельскохозяйственного техникума Куликов, агрономом-преподаватель Новозыбковского сельскохозяйственного техникума Владимир Павлович Хорохонов. Был установлен паек -200 граммов хлеба и картофель. С весны 1942 г. на территории Новозыбковского сельскохозяйственного техникума разместилась сельхозкомендатура во главе с доктором Радке и его заместителем (помощником) Вольфом. Непосредственное руководство хозяйством было возложено на Владимира Павловича Хорохонова. Бухгалтером стал Куликов, ранее занимавший должность уполномоченного Горуправы по хозяйству. Хозяйство подвергалось налётам партизан-20 апреля 1942 г, в апреле 1943 г, и 22 мая 1943 г.

Строительная контора Новозыбковской Городской Управы занималась плотницкой работой (починкой мостов, полов, ступенек, стройкой сараев и т.д.). За неимением строительного материала строительная контора вынуждена была разобрать деревянные здания: трёхэтажный дом лётчиков (на углу базара), городской театр и здания в городском парке. Занималась строительная контора и строительством на территории ветеринарной лечебницы (газовая камера для животных).

Вокзал к моменту прихода немцев был сожжен, в результате их частых налетов на ст.Новозыбков в течение августа 1941 года. Немцами была восстановлена с помощью русских людей часть помещения, где находился буфет и здесь был зал ожидания офицеров. Первые два месяца никакого движения на дороге не было. Потом прибыли немецкие железнодорожники. Они были одеты в черное пальто и фуражки с красным кантом «Айзенбан». Быстро была перешита колея и начали курсировать поезда.

С приходом немцев все оставшиеся в городе работники железной дороги были зарегистрированы по месту работы. Для лиц, занятых на ремонте пути, был установлен паёк -300 граммов хлеба на семью- и жалованье-150 марок. Ремонтники получили голубые повязки с надписью «Айзенбауэр», что позволяло появляться в районе станции Новозыбков и ходить по путям. Вблизи ст.Новозыбков, недалеко от водокачки, расположилась часть СС. Рядом со станцией находились железнодорожные мастерские с кузнечным, столярным и жестяным цехами. Мастерские при станции Новозыбков осуществляли ремонт путевого хозяйства. На территории мастерских работали русские военнопленные, которые распиливали лес, убирали отходы, под присмотром жандармов ремонтировали путь. На территории мастерских в небольшом помещении находился продовольственный ларек, которым заведовал Пантелей Калинович Бабенко. В этом ларьке продевали по спискам хлеб, иногда крупу. Бабенко все уважали за чуткость, вежливость. Он старался многосемейным выдать несколько большую порцию хлеба, был очень вежлив и мало разговорчив.

Кроме железнодорожных мастерских действовал и железнодорожный питомник.
Спички были весьма дефицитным товаром. Если доставали их, то для экономии каждую соломку резали лезвием на две части. Сосед у соседа одалживал уголек, с помощью которого разжигали русскую печь, грубку (печь, обогревающую комнаты).

В первую оккупационную осень крестьяне из села в большом количестве стали привозить продукты, которые обменивались на вещи. С весны 1942 г. жители города стали разводить свои огороды. Бураки терли, потом томили в русской печи. С полученным месивом пили чай. Заваривали морковь, липовый цвет. Приходилось в пригородном лесу собирать щиголь (сосновые иголки) и срывать сухие сучки с сосен. Для этой цели были сделаны специальные крючки, которыми срезали сучки с деревьев. Доставляли топливо на салазках.

В оккупированном Новозыбкове активно действовали несколько подпольных групп.Одной из таких групп руководила М. Третьякова. В состав ее группы входили А. Горыгина, Д. Богатенко, С. Андреева, П. Касаткина и другие.Участники этой подпольной группы осуществляли задания партизанских отрядов по добыче нужных сведений, документов, оружия и медикаментов.По заданию партизан М. Третьякова устроилась на работу в паспортный стол. Рискуя своей жизнью, она доставала нужные документы.В 1965 году М.В. Третьякова была награждена медалью «За отвагу».

Другой группой была группа, в состав которой входили В. Коренева, В. Белугина, А. Палей, В. Азбукин, В. Шишкин, В. Замотаева. С группой были связаны Е. Усачева, Е. Воронова, А. Болтникова, В. Титова, М. Титова. Руководство группой осуществлял П.П. Бабенко и комиссар партизанского отряда имени Чапаева Т.С. Немченко.Через В. Замотаеву была установлена связь с лагерем военнопленных, находившимся в здании биологического факультета педагогического иснтитута. Членами группы был подготовлен побег группы пленных. В. Коренева и ее товарищи установили наблюдение за продвижением эшелонов через станцию Новозыбков.Л. и Е. Сычевы, В. и М. Титовы работали на железнодорожной станции. Здесь же работал и руководитель группы П.П. Бабенко. Собранные сведения передавались Е. Вороновой, которая относила их партизанский «почтовый ящик», расположенный в лесу.Впоследствии, опасаясь ареста, Е. Воронова ушла в партизанский отряд и погибла при прорыве блокады летом 1943 года.Деятельность группы заставила оккупантов принять самые решительные меры. В ходе облав были арестованы В. Белугина, В. Замотаева, П.П. Бабенко и другие участники группы. После трех недель допросов и пыток, 21 сентября 1943 года. за четыре дня до прихода Красной Армии, отважные патриоты были расстреляны.Указом Президиума Верховного Совета СССР в 1965 году В. Замотаева и В. Белугина были посмертно награждены медалями «За отвагу» они были навечно занесены в списки институтской организации ВЛКСМ.

В районе сельскохозяйственного техникума действовала подпольная группа, возглавляемая преподавателем В.П.Харахоновым. Во время оккупации В.П. Харахонов был управляющим немецкого подсобного хозяйства. Его дом был местом, где собирались партизанские связные.С помощью В.П. Харахонова был совершен налет на немецкое подсобное хозяйство. В результате налета немцы лишились обоза с продовольствием.
Являясь важным железнодорожным пунктом, станция Новозыбков представляла интерес для советской бомбардировочной авиации.

Особенно интенсивными стали действия советской бомбардировочной авиации в марте-апреле 1943 г. 15,17,19,21,23 марта город был подвергнут бомбардировке советской авиацией. Уже 16 марта, то есть на следующий день после первой бомбардировки, население города стало уходить в деревни и села. Оставшиеся в г.Новозыбкове жители спасались от бомбардировки в канавах, отрытых за домами. За время бомбардировок в Новозыбкове были повреждены или уничтожены более 200 домов, большей частью отводами немецкой сигнализации (ракетами). За период с 15 марта по 17 апреля 1943 г. не было отмечено ни одного немецкого самолета в воздухе.

В начале сентября 1943 г. в Новозыбков перебрался немецкий фронтовой аэродром. На улицах разместились машины с горючим. До 17 сентября в городе было ещё спокойно. Но уже с 17 сентября через город в западном направлении двинулись немецкие автомашины и танки. Немцы везли с собой гусей, свиней, телят, коров, вещи. Вместе с немцами двигались на запад и многочисленные обозы беженцев.
25 сентября г.Новозыбков был освобожден частями Красной Армии. Закончилась двухлетняя оккупация города, принесшая много горя и страданий.